ВИДЕОМОСТ МОСКВА-НИЖНЕВАРТОВСК «СОЗДАНИЕ ВСЕРОССИЙСКОЙ СИСТЕМЫ СОЦИАЛЬНОЙ РЕАБИЛИТАЦИИ НАРКОЗАВИСИМЫХ». РИАН 01.11.2010

Мы публикуем стенограмму состоявшегося в РИА «Новости» 01.11.2010 видеомоста Москва-Нижневартовск «Создание всероссийской системы социальной реабилитации наркозависимых».

Участники в Москве:
директор Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков Виктор Петрович ИВАНОВ;
советник Управления ООН по наркотикам и преступности (УНП ООН) по вопросам ВИЧ/СПИД и снижения спроса на наркотики Светлана Викторовна ПХИДЕНКО;
ведущий сотрудник отделения судебно-психиатрических экспертиз при наркоманиях и алкоголизме Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии им. В. Н. Сербского, профессор Татьяна Валентиновна КЛИМЕНКО.

Участники в Нижневартовске:
мэр города Нижневартовска Борис Сергеевич ХОХРЯКОВ;
первый заместитель директора Департамента труда и социальной защиты населения Ханты-Мансийского автономного округа — Югры Ирина Александровна УВАРОВА;
председатель наблюдательного совета АНО "Институт демографии, миграции и регионального развития" Юрий Васильевич КРУПНОВ.

Альбина Пылаева (РИА «Новости», Москва): Наш видеомост Москва-Нижневартовск посвящен созданию всероссийской системы реабилитации наркозависимых и приурочен к проведению в Нижневартовске межрегиональной конференции «Создание региональных систем социальной реабилитации и ресоциализации наркозависимых как инструмента социальной модернизации страны в рамках реализации Стратегии государственной антинаркотической политики РФ до 2020 года». Передаем слово Нижневартовску.

Ю. В. Крупнов: Я являюсь руководителем конференции, которая только что закончилась и в ходе которой были получены серьезные результаты. Хотелось бы сказать пару слов. Мне кажется очень важным то, что мы именно сейчас находимся здесь, в Нижневартовске. Это важно по двум причинам. Во-первых — это типовой северный город с серьезными проблемами и сложностями, о которых потом более подробно и конкретно расскажет Борис Сергеевич. А главное, то, что, конечно, вся работа против наркомании и наркотизации населения всегда ведется на муниципальном, низовом уровне. Также очень важно то, что Нижневартовск был одним из самых активных инициаторов постановки проблемы дезоморфиновой наркомании, очень серьезно ставил этот вопрос в начале года и любезно согласился принять нашу конференцию.

Альбина Пылаева (РИА «Новости», Москва): Проблема реабилитации и ресоциализации наркоманов является комплексной проблемой, и сейчас я передаю слово Виктору Петровичу Иванову с тем, чтобы он обозначил нам текущее ее состояние.

В. П. Иванов: Добрый день, уважаемые участники нашей видеоконференции. Прежде всего, я хотел бы обратить внимание, что 9 июня Указом Президента Российской Федерации Дмитрия Анатольевича Медведева была утверждена Стратегия государственной антинаркотической политики. Рефреном этого документа является необходимость организации работы по сокращению спроса на наркотики. Эта же работа в первую очередь опирается на вопросы, связанные с реабилитацией, социальной реинтеграцией наркоманов в жизнь. Просто процесса детоксикации явно недостаточно. Мы знаем, что процент ремиссии, то есть процент людей, которые на более-менее длительный срок возвратятся к нормальной жизни крайне невысок. После детоксикации он составляет порядка 1%. То есть, по сути, все 100% опять возвращаются к потреблению наркотиков. Поэтому вопрос стоит значительно шире, и узко эту проблему решать нельзя.

Вообще, в целом, мы до недавнего времени говорили только о «полицейском» характере решения проблемы: аресте наркодельцов, изъятии наркотиков. Но мы видим, что армия наркозависимых обеспечивает воспроизводство все новых и новых наркоманов, втягивая их в это занятие. Хочу отметить, что на сегодняшний день социологические опросы показали, что 57% населения Российской Федерации считает проблему наркомании проблемой № 1, ставя ее выше преступности, выше вопросов, связанных с борьбой с терроризмом, связанных с борьбой с бедностью. Это — настоящая беда России, и, в этой связи, мы, может быть, даже подумаем о том, чтобы ввести такое понятие, дефиницию, как «антинаркотическая безопасность».

На сегодняшний день мы имеем две угрозы этой антинаркотической безопасности. Угроза номер один — это героин, опиаты. Это настоящая беда России. На позицию угрозы номер два уверенно вышла аптечно-лекарственная наркомания. Это, прежде всего, кодеиносодержащие препараты, которые свободно, без рецепта врача, реализуются через аптечную сеть, состоящую из 65 000 учреждений. Поэтому сегодня это тоже очень важный вопрос, и он в полной мере присутствует сегодня в Тюменской области, в Ханты-Мансийском автономном округе и в городе Нижневартовске.

Я хотел бы подчеркнуть, что конференция на тему создания региональных систем социальной реабилитации и ресоциализации наркозависимых — это, по сути, инструмент модернизации нашей страны. О какой модернизации можно говорить, если у нас такая армия наркозависимых? Причем мы реализуем это в рамках стратегии государственной антинаркотической политики. Первого декабря в Ханты-Мансийске состоится выездное совещание Государственного антинаркотического комитета, я выеду туда, в нем примут участие специалисты-наркологи, представители Министерства здравоохранения, региональные представители, юристы, аналитики. В ходе его проведения мы используем материалы только что прошедшей конференции. Поэтому сегодняшний видеомост имеет для нас просто непреходящее практическое значение. Спасибо.

Альбина Пылаева (РИА «Новости», Москва): Спасибо, теперь мы передаем слово Нижневартовску, нам хотелось бы узнать, какие итоги принесла конференция.

Ю. В. Крупнов: Спасибо. Наверное, я вначале кратко расскажу об этих итогах. Понятно, что проблема наркомании является необъятной, и, по большому счету, никаких ресурсов государства не хватит, для того, чтобы заняться сразу всеми вопросами. Как представляется, в том, что касается внутренних проблем, то есть той внутренней угрозы номер два, которую назвал Виктор Петрович Иванов, здесь центральный момент связан с тем, что делать с людьми, которые уже являются наркозависимыми, и которые, к сожалению, не только непосредственно страдают от этого духовного и медицинского заболевания, но и, в том числе, являются очень серьезными распространителями наркомании. Они распространяют наркотик и за свой наркоманский стаж, как на это неоднократно указывал Виктор Петрович, втягивают в наркопотребление еще 10-15 человек, которые, на сегодняшний день не являются наркоманами. Поэтому, к сожалению, на сегодняшний день мы должны говорить не только о больных наркоманией, но,как представляется, и о том, это моя личная точка зрения, но участники конференции согласились с этим, мы должны говорить об общественно опасной стороне наркомании и наркозависимости. 90% наркоманов одновременно являются мелкооптовыми или розничными распространителями наркотиков.

Отсюда возникает совершенно конкретная задача — мы должны приложить все усилия и создать национальную систему для того, чтобы возвращать этих людей к нормальной жизни, а на период, когда происходит их болезнь, содействовать, чтобы они были под надзором государства, чтобы государство им помогало, а не то, чтобы они втягивали все новых и новых наркоманов. Отсюда процесс реабилитации встает во весь рост, и, по большому счету, как сделали вывод участники конференции, государство сегодня пока не создало серьезной системы социальной реабилитации. Здесь надо четко различать медицинскую наркологическую работу, и эта система у нас, при всех сбоях последних десятилетий, все-таки очень серьезная и мощная, мы по праву ей гордимся, но она не касается социальной реабилитации или касается ее в минимальной степени.

Отсюда участниками конференции из девяти субъектов Российской Федерации, возможно, будущих экспериментальных площадок, если на то будет решение Государственного антинаркотического комитета, был предложен ряд проектов. В первую очередь, это проект, связанный с муниципальной антинаркотической политикой, о котором, на примере города Нижневартовска, более подробно расскажет Борис Сергеевич.

Второй момент. К счастью, Ханты-Мансийский автономный округ уже имеет некоторые наработки. Одно из учреждений, буквально уникальное учреждение «Феникс», которое находится в Нижневартовске, имеет отработанные методики социальной реабилитации. Это учреждение, вместе с департаментом социального развития Ханты-Мансийского автономного округа уже приступило к разработке социальных стандартов, то есть, того нормативно-правового основания, по результатам которого будут выделяться бюджетные региональные и федеральные средства на социальную реабилитацию. Я думаю, что Ирина Александровна Уварова более подробно расскажет об этом.

И, конечно, очень серьезное внимание было уделено конкретным нестандартным программам, как максимально непринудительно втягивать наркозависимых в социальную реабилитацию. Потому что проблема «входа» в социальную реабилитацию является одной из наиболее серьезных. Вот, собственно, самое главное. Я часами могу говорить на эту тему, есть серьезные проекты, у нас было около 80 участников, но, поскольку время нашей встречи ограничено, я передаю слово Москве.

Альбина Пылаева (РИА «Новости», Москва): Мы хотели бы наибольшее время предоставить именно вашей площадке, поэтому сейчас нам важно было бы услышать рассказ Бориса Сергеевича об опыте Нижневартовска.

Б. С. Хохряков: Уважаемый Виктор Петрович, уважаемые участники сегодняшнего моста. Нижневартовск — это четвертьмиллионный город, которому на сегодняшний день 38 лет. Город достаточно привлекательный, потому что здесь высокие зарплаты. Если брать средний показатель по всему кругу предприятий города, она составляет 37 000 рублей в месяц. Если говорить о демографических процессах, то у нас уже свыше десяти лет естественная рождаемость выше, чем естественная смертность. На сегодняшний день город достаточно привлекателен для мигрантов. Я акцентирую на этом внимание потому, что, наряду с привлекательностью для мигрантов он также привлекателен для наркоторговцев.

Если говорить о том, что мы делаем и какова у нас статистика, то могу сказать, что, согласно данным Нижневартовского психоневрологического диспансера, за последние годы наблюдается постепенное снижение как числа стоящих на учете, так и вновь выявляемых лиц с диагнозом «наркомания». Эти данные также подтверждаются данными скорой медицинской помощи, потому что врачи регистрируют снижение количества выездов к лицам с наркотическим опьянением и в коматозном состоянии после передозировки.

Мы считаем, что это происходит потому, что мы пытаемся заниматься на месте профилактикой, несмотря на то, что в соответствии со 131 ФЗ полномочий у нас, как у муниципалитета, недостаточно. Мы ясно понимаем, что на сегодняшний день самой сложной проблемой для нашего города является так называемая «аптечная наркомания», когда в свободной продаже реализуются кодеиносодержащие препараты, из которых потом получают дезоморфин и используют его.

Что мы делаем в этой ситуации? Во-первых, мы еще с 2006 года ведем статистику по этой проблеме, насколько это возможно. Во-вторых принципиально мы рассмотрели этот вопрос на антинаркотической комиссии города и вынесли эту проблему на антинаркотическую комиссию Ханты-Мансийского автономного округа. Насколько я понимаю, Виктор Петрович, комиссия потом поставила эту проблему перед вами. Мы предложили ввести рецептурный отпуск кодеиносодержащих препаратов. Мы считаем, что это послужит серьезным барьером для проблемы. В городе существует так называемое «джентльменское соглашение», оно не прописано никакими законами, но мы еще в прошлом году собрали владельцев аптек и договорились, что мы установим жесткий контроль за продажей кодеиносодержащих препаратов.

Если говорить о результатах этой работы, то, по данным статистики, продажа таких препаратов за последний год снизилась на 25%. Поэтому такая работа ведется, результатами мы не обольщаемся, потому что понимаем, что произошло перенаправление с героина на кодеиносодержащие препараты, на дезоморфин. Это — проблема из проблем, потому что в городе число «аптечных наркоманов» за последние годы увеличилось в разы.

Тем не менее, хотелось бы, Виктор Петрович, еще раз обратить внимание на то, чтобы были рецепты по кодеиносодержащим препаратам — это первое. Второе, уже по итогам прошедшей конференции. Я уже говорил о полномочиях муниципалитетов. У нас ведь у местного самоуправления нет даже полномочий на то, чтобы профилактикой заниматься, я уже не говорю о чем-то более серьезном. Поэтому есть предложение внести дополнения в 131 Федеральный Закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» и дополнить его двумя пунктами: первое — ввести дополнительные полномочия муниципальных образований по участию в профилактике наркомании через разработку и реализацию муниципальных целевых антинаркотических программ; второе — добавить пункт об организации оказания на территории муниципального образования медико-социальной реабилитации наркологических больных. Спасибо.

Альбина Пылаева (РИА «Новости», Москва): Прозвучали ли предложения о подходах к созданию системы профилактики и реабилитации и разделении полномочий в рамках этой системы, о конкретном наполнении этой работы? Слово Нижневартовску.

Ю. В. Крупнов: Скажу кратко, а затем передам слово Ирине Александровне Уваровой. Прежде всего, очевидно, что сегодня, хотя в стране есть около 600 центров социальной реабилитации, то есть, и это очень важно подчеркнуть, не медицинских реабилитационных центров, они, в основном, являются негосударственными, и, по сути, отделены от каких бы то ни было источников бюджетного финансирования.

Таким образом, у нас отсутствует государственный заказ на социальную реабилитацию, а отсюда, по сути, непонятна позиция государства. Получается, что общество, вместе с родителями наркозависимых, как может с этой бедой пытается справиться, а государство не выработало ясной позиции. Отсюда нам представляется, и это решение конференции, что необходимо приступить к разработке государственной программы по сокращению спроса на наркотики. Конференция, обращаясь прежде всего в Государственный антинаркотический комитет, просила бы учесть этот момент. Люди хотят понимать простую вещь — кто, за что и какие деньги будет получать от государства, в чем позиция государства по отношению к социальной реабилитации.

Второй момент. Все прекрасно понимают, что в нашей большой, многосубъектовой стране, невозможно одновременно все исправить. Поэтому, конечно, нужны федеральные и региональные экспериментальные площадки, пилотные площадки. Здесь тоже хотелось бы ясной позиции государства. Для деятельности экспериментальных площадок нужна какая-то нормативно-правовая база и поощрение их деятельности. Ну и, наконец, два последних момента. Все отмечают отсутствие реальной законодательной основы для реабилитации. Дело Егора Бычкова в Нижнем Тагиле, которое мы недавно обсуждали на другом видеомосте, показывает, что есть «серые» законодательные зоны, и нужен какой-то антинаркотический кодекс, или какой-то свод законов, или новые законы о социальной реабилитации. Здесь, безусловно, требуется доработка, но субстантивное, содержательное наполнение к этим законам наша конференция готова представить.

И последнее. Самым главным, на сегодня является то, что непонятно, кто у нас является главным государственным заказчиком на социальную реабилитацию. Минздравсоцразвития, к сожалению, в основном отрабатывает медицинскую наркологическую помощь. В целом отрабатывает очень хорошо, если убрать вопросы недостаточности финансирования и так далее. Но за социальную реабилитацию в стране никто не отвечает, хотя в Минздравсоцразвития есть социальный блок. В этом плане возникает вопрос: кто заказчик на социальную реабилитацию? С другой стороны, на конференции у нас присутствовали представители восьми региональных антинаркотических комиссий, очень важного органа управления. По сути мы по-новому посмотрели на роль антинаркотических комиссий и стало ясно, что у субъекта Российской Федерации есть гигантские полномочия для того, чтобы работать в области социальной реабилитации. В этом плане здесь — гигантский резерв. До принятия каких-либо федеральных, «больших» законов и программ есть уже сегодня возможности у субъектов Российской Федерации. Теперь я хотел бы предоставить слово Ирине Александрове Уваровой — первому заместителю директора Департамента социального развития, то есть, социальной защиты.

И. А. Уварова: Добрый день, уважаемые коллеги. На самом деле обсуждаемая тема для нас является принципиально важной, потому что в учреждения социального обслуживания населения попадают граждане, находящиеся в трудной жизненной ситуации. Чтобы выправить эту ситуацию, в нашей работе по реабилитации приходится участвовать очень многим ведомствам. Первая конференция, проводившаяся в августе и задала то направление, чтобы мы начинали проработку вопросов с точки зрения социальной реабилитации.

База, о которой упоминал Юрий Васильевич Крупнов — это наш центр «Феникс». Социальная защита — это та структура, которая сохраняет социальное самочувствие, социальную стабильность в обществе, уравновешивает проходящие в нем социальные процессы, поэтому именно она и должна заниматься этой работой. Для нас принципиально важным является вопрос — какой человек выходит из наших учреждений, какая именно социальная реабилитация и ресоциализация должна в отношении него проводиться. Мы вышли с инициативой разработать стандарт, который, возможно, ляжет в основу государственного стандарта, как мы это себе представляем. Соответственно, в развитие него потом пойдут региональные стандарты. Это те меры, которые направлены на восстановление полноценной интеграции в общество, чтобы тот, кто ранее допускал немедицинское потребление наркотиков уже совершенно по-другому входил в жизнь и вносил позитивный вклад в развитие этой жизни.

Мы считаем принципиально важной для себя и ту работу, которая уже начата в округе — это социальный патронат. Существует участковая социальная работа, которая позволяет выявить проблемы семьи, выявить другим способом наркоманов — и пробовавших, и заядлых. В работе с людьми, которая связана с социальным патронатом наш инструмент — это социально-платежная карта «Югра». Она может быть тем инструментом, через которую корректируется программа реабилитации в лечебном или социальном учреждении. Через эту социально-платежную карту мы можем осуществлять и пост-интернатное сопровождение гражданина, который находился в нашем учреждении, а затем вышел из него. Мы хотели, чтобы эта идея была поддержана и в рамках государственной программы по снижению спроса на наркотики.

Мы понимаем, что социальным учреждениям одним не справиться с этой проблемой. На конференции мы видели замечательный опыт негосударственных организаций, так что хотелось бы, чтобы и другие учреждения, которые реализуют этот стандарт, прошли сертификацию, тоже получали бы поддержку в рамках этой программы.

Альбина Пылаева (РИА «Новости», Москва): Итак, мы очертили круг вопросов, которые будем сейчас обсуждать. Пожалуйста, Виктор Петрович.

В. П. Иванов: Понятно, что никаких судьбоносных решений мы сейчас не примем, у нас сегодня конференция. Мы говорим о подходах. Эти подходы сейчас выкристаллизовываются исходя из межведомственных обсуждений, круглых столов и конференций, где и вырисовывается комплексный характер проблемы. Просто полиция ее не решит. Просто Минздрав ее не решит. Просто регион ее не решит. Нужна совместная, слаженная работа. И, конечно, тот разговор, который шел о стандартах, о выработке комплексного подхода, своего рода «антинаркотического кодекса» — в принципе, эта проблема назревает. Нужны единые понятия, единая ментальность среди всех наших специалистов, которая была бы уложена в какие-то стандарты.

Что касается прозвучавших вопросов о наделении полномочиями, то да, действительно, такая ситуация сложилась, и мы, я имею в виду Государственный антинаркотический комитет, для себя эту ситуацию отфиксировали. К сожалению, органы местного самоуправления по сути лишены полномочий заниматься этой проблемой. Хотя люди живут не просто в России, люди живут в регионах, в областях, и не просто в областях, а на территории конкретного округа самоуправления. И мы уже внесли соответствующие изменения в 131 закон, с тем, чтобы наделить местную власть соответствующими полномочиями — то, о чем здесь говорил Борис Сергеевич. Надеемся, что в ближайшее время соответствующие решения будут приняты, мы их поддержим.

Что касается вопросов, связанных с наличием мощностей по лечению. Мы видим, что на сегодняшний день их количество неадекватно складывающейся ситуации. Это мы рассматривали и на заседании Совета Безопасности в сентябре прошлого года, об этом говорила и министр здравоохранения Татьяна Алексеевна Голикова — количество койко-фонда недостаточно для обеспечения медицинскими услугами всех нуждающихся. Есть даже средняя цифра нахождения наркомана на больничной койке. В среднем по стране она составляет 14,5 суток. О чем это говорит? Это говорит о том, что сегодня помощь наркоману практически оказывается только по детоксикации. Как я и говорил, этого крайне мало. Нужны услуги по лечению психопатологических расстройств, в дальнейшем нужна помощь психиатра, чтобы ментальные гироскопы наркозависимого раскручивались в сторону позитивного бытия. В конечном итоге нужна социальная реабилитация, то есть, по сути своей, уже немедицинские услуги, а работа, направленная на ресоциализацию наркомана обратно в общество. Но и сама по себе процедура ресоциализации будет связана с тем, чтобы уже освободившийся от зависимости человек нашел себя в этой жизни, чтобы он был трудоустроен, чтобы ему была найдена, или даже не найдена, а чтобы он сам искал себе работу. Наркозависимый или бывший наркозависимый тоже не должен паразитировать. И для этого, для того, чтобы вовлекать его в работу, должны быть созданы условия в регионах — на территории органа местного самоуправления, на территории области. Как только он вовлечется, будет в состоянии отдавать себя, будет себя реализовывать — это станет самой надежной прививкой и иммунитетом от того, чтобы не вернуться обратно в зависимость.

В этом плане и Стратегия государственной антинаркотической политики, и итоги этой конференции, которые, как я думаю, будут формализованы в неких документах, будут использованы в выработке государственных решений. И в этом отношении, конечно, велика роль Государственного антинаркотического комитета. Конечно, это не орган исполнительной власти, это, по сути, совещание целого ряда министров Правительства, но мы в состоянии выработать согласованные предложения, которые бы институализировались решениями правительства, законами, или указами Президента.

Безусловно, одним государственным органом эту проблему не решить, поэтому крайне велика роль общества, я уже не говорю о том, что необходимо и в средствах массовой информации формировать правильные жизненные ориентиры для молодежи, вовлекать неправительственные организации — некоммерческие, коммерческие, на конфессиональной основе с тем, чтобы бывших наркозависимых брали на процесс реабилитации. Опыт «Феникса» позитивный, я изучил материалы, я вижу, что, после прохождения реабилитации в этой структуре, процент ремиссий в десятки раз выше, чем результаты, показываемые в наркологическом диспансере. Это позитивно и это корреспондируется с мировым опытом.

На прошлой неделе я ездил в США. Там я встречался с руководством одноименной организации, называющейся «Феникс Хаус», существующей уже свыше 30 лет и снискавшей уважение в правительстве. Другое дело, что такая организация, а у нас подобных насчитывается свыше 600, требует поддержки и на федеральном уровне. Это не значит, что их надо полностью «посадить» на федеральный бюджет — этого никто себе позволить не может. Но отметить их, выделить определенные гранты тем структурам, которые полностью вписались в стандарты нашей медицины и вносят вклад в ее работу, как мне кажется, наша ключевая задача. Тогда мы можем и спрашивать с этих структур, как они работают, изучать их опыт. Пока мы ничем не помогаем, и спрашивать с них особенно не приходится. Но помогать могут и региональные власти. Тот же европейский и американский опыт показывает, что и регионы оказывают поддержку. Я уже не говорю о спонсорах.

В субботу мы с Татьяной Валентиновной выступали на первом общероссийском телеканале, где прозвучал вопрос о ревизии. Тогда мы сможем составить впечатление, какой ресурс задействован в обществе для того, чтобы сокращать спрос на наркотики и реабилитировать наших наркоманов. Спасибо.

Альбина Пылаева (РИА «Новости», Москва): Наверное, в деле реабилитации России не следует изобретать велосипед, поэтому давайте предоставим слово Светлане Викторовне, которая расскажет нам о международном опыте подобной работы.

С. В. Пхиденко: Я с чувством глубокого удовлетворения шла на нашу сегодняшнюю встречу, потому что проблема социальной реабилитации в России назрела уже давно. Хотелось бы сказать, что Россия не стоит в стороне от лучших мировых достижений в области реабилитации, здесь очень много центров, которые имеют достаточно достойные реабилитационные программы. Что касается нашего Агентства, а я представляю Управление ООН по наркотикам и преступности в Российской Федерации, мы в 2007 году реализовывали проект в Республике Татарстан. Он назывался «Агентство по трудовой ресоциализации и помощи в трудоустройстве больным наркоманией, находящимся в состоянии ремиссии». Проект продолжался недолго, всего 10 месяцев, за это время нам удалось создать профильные модули и пропустить через программу 66 человек. Все они прошли полный курс реабилитации в реабилитационных учреждениях Республики Татарстан.

На мой взгляд, на сегодняшний день Республика Татарстан обладает наиболее полным набором учреждений для проведения непрерывного наркологического лечения, в том числе наличествуют и реабилитационные центры, которые функционируют как единая система. Другое дело, что, может быть, коечный фонд недостаточен для покрытия, но внутреннее наполнение программ достаточно достойное. Затем пациенты, попавшие в данную программу, проходили несколько модульных обучений, в частности, это было преодоление механизмов психологической защиты, отрицания, определения ресурсов самих пациентов, их профессиональных предпочтений и затем несколько семинаров по трудоустройству и поиску работы.

Хотела бы отметить, что тут очень важен многосекторный подход и та помощь, которая была нам оказана Антинаркотическим комитетом Республики Татарстан, Управлением Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков Республики Татарстан, а также Министерством по молодежной политике, спорту и туризму, которое имеет молодежную биржу труда. То есть, здесь было четко многосекторное сотрудничество между социальными службами, агентствами по трудоустройству и бизнесом, что тоже нужно учитывать при создании подобных проектов. В результате проведения нашего проекта примерно 32 человека, а это — около 46%, трудоустроились, а 8 человек остались работать в качестве консультантов в реабилитационных программах, проводящихся в республике.

Сейчас мы говорим о программах социальной адаптации и ресоциализации, то есть тех, что проводятся уже после медицинской помощи. Здесь очень часто используются технологии «case management», или технологии «социального сопровождения», о которых здесь уже упоминала Ирина Александровна. В российской практике они именуются «социальный патронаж» или патронат, который в советское время использовался в психиатрической практике.

Очень важно, чтобы после медицинского учреждения пациент не «уходил в пустоту», а были созданы системы его перенаправления в учреждение социальной реабилитации. Также очень важно создать после этапа реабилитации так называемые «дома на полдороге». Очень часто пациенты, страдающие наркоманией, не имеют своего жилья, а это, в свою очередь, мешает им в трудоустройстве, что создает своего рода «замкнутый круг».

В вопросе о трудоустройстве большую роль также играет создание рабочих мест. В той же Республике Татарстан существует проект, который, кстати, в 2008 году получил первое место в номинации «социальная реабилитация больных наркоманией» на всероссийском конкурсе, проводившемся Федеральной службой по контролю за наркотиками. На следующий год правительство Республики Татарстан поддержало проект однодневных работ для лиц, страдающих наркоманией. Возможно, необходимо будет очень четко продумывать вопросы трудоустройства подобных больных. Это не только трудовые вопросы в рамках самих реабилитационных программ, но, в последующем, возможно, и создание каких-то специальных рабочих мест. Структуру подобных программ надо очень тщательно продумывать.

Альбина Пылаева (РИА «Новости», Москва): Мы передаем слово Татьяне Валентиновне Клименко.

Т. В. Клименко: Я, как врач, с большой надеждой отношусь к тому, что проблема реабилитации наркозависимых сейчас начала обсуждаться на самом высоком уровне и то, что, по крайней мере в последний месяц, в обсуждение этой проблемы вовлечена огромная часть нашего общества. То, что я вижу в СМИ, заставляет меня думать, что у нас сейчас формируется та самая антинаркотическая волна, о необходимости создания которой мы так много говорили. Мне кажется, что волна набирает мощь и ее нужно возглавить, чтобы эта общественная энергетика стала позитивной, и пошла в конструктивном, а не деструктивном русле. Очень важно стать лидером и возглавить эту волну, потому что во многих странах роль общества в борьбе с наркотизмом очень значительна. Например, в Китае, насколько я помню существует «Антинаркотический блок», или была объявлена народная война против наркотиков. Мне кажется, мы сейчас переживаем этапный момент в развитии нашего общества, и самое главное — это все возглавить и повести в позитивном направлении.

Что касается реабилитации. Она показала, что в основе проблемы наркотизма лежит наркопотребитель. Наркопотребитель, который, с одной стороны, является основой спроса на наркотики, потому что он является потребителем всего того, что предлагает наркобизнес, а, с другой стороны, наркопотребитель — это объект воздействия всех государственных мероприятий по профилактике — и первичной, и вторичной, и третичной. Поэтому проблема наркопотребителя должна стоять во главе. На самом деле, мне кажется, что у нашего государства есть очень большой потенциал для того, чтобы эту проблему решить.

Юрий Васильевич сказал, что в нашей стране есть около 600 реабилитационных центров. На самом деле сколько их — никто не знает. Некоторые говорят, что их 300, некоторые — что 700. Но главное не в этом. Главное не в том, сколько их, а в том, что никто не знает, как они работают, что они делают и какова эффективность их работы. В нашей стране реабилитация наркозависимых — это «слепое пятно». «Слепая зона», где ведется очень большая и зачастую эффективная работа, работа, которая очень часто ведется без помощи государства, но никто не знает, как они работают и что они делают. Именно поэтому я все время инициирую ситуацию организовать координацию работы всех этих реабилитационных центров. Потому что есть центры, которые работают очень хорошо, а есть центры, которые, с моей точки зрения, просто зарабатывают деньги на большой беде пациентов и их родственников. Подобные центры просто дискредитируют работу тех центров, которые работают честно и занимаются реабилитацией и ресоциализацией. Наверное, они не занимаются социальной реинтеграцией, потому что для этого нужны соответствующие законы.

Поэтому, говоря о том, что необходимы экспериментальные площадки, на мой взгляд, нужно обязательно посмотреть, как работают эти центры. Может быть, уже есть что-то, что можно использовать. Ведь, на самом деле, есть уже очень много, то, о чем говорила Светлана Викторовна, большая работа, которая уже сделана. Почему, как мне кажется, нельзя смещать основной акцент на экспериментальные площадки, а создавать национальную систему. Потому что каждый год в нашей стране, по разным данным, гибнет от 30 до 120 тысяч наркозависимых. На той пресс-конференции, на которой мы были с Виктором Петровичем, ведущий сказал, что, пока идет эта конференция, в стране от наркомании уже погибли, по крайней мере, три человека. Поэтому нельзя замыкаться только на экспериментальных площадках, которые, конечно, должны быть, но надо создавать и общенациональную сеть и ее нужно делать по всем регионам.

Почему нужна государственная поддержка и федеральная законодательная поддержка тем реабилитационным центрам, которые уже существуют? Потому что сейчас, когда у нас реабилитация работает только на условиях добровольности, очень мало больных, которые подходят под эту систему. Но ведь есть очень много больных, которых сначала нужно «инициировать», и, возможно, в каком-то недобровольном порядке привлечь к этой реабилитационной программе. Это то, о чем говорил Евгений Алексеевич Брюн — по крайней мере, о недобровольной госпитализации на начальных этапах. Есть, наверное, и те, которые нуждаются в закрытом реабилитационном сообществе длительный период времени, поэтому в мире есть и открытые, и полуоткрытые, и закрытые реабилитационные центры. Но для того, чтобы создавать разные формы реабилитационных центров, нужна, конечно, соответствующая законодательная база.

Мне кажется, очень серьезный пробел в нашей стране — это то, как эта реабилитация проводится. Очень много говорится о том, «где», очень много говорится о том «на какие средства», очень много говорится о государственной поддержке, которая, конечно, должна быть. Но очень важен и вопрос методологии — что там будут делать? Самая распространенная технология — это «миннесотская модель», «12 шагов». Но она не может быть единственной и ее нельзя распространять на все реабилитационные центры. Мир знает очень много технологий, которые у нас не используются.

У нас, между прочим, есть собственные национальные разработки, у нас есть собственные, национальные программы реабилитации. В нашем зале сидят представители реабилитационных центров, у которых есть свои собственные разработки, но это все нужно каким-то образом проанализировать, скоординировать и объединить для того, чтобы это можно было каким-то образом распространять. Поэтому, как мне кажется, очень важно создать некий общенациональный координирующий центр по социальной реабилитации, по социальной реинтеграции, который взял бы на себя эту координирующую работу, которая очень важна. Спасибо.

В. П. Иванов: Понятно, что одними экспериментальным площадками мы не обойдемся. Но, на мой взгляд, это важный этап в работе по выработке предложений для создания национальной системы по реабилитации. Как говорит Татьяна Валентиновна, есть центры, которые показывают хорошие результаты. Не надо брать и слепо копировать чужую модель, пусть даже это и миннесотская программа «12 шагов». У нас есть хорошие примеры, важно их извлечь и учесть в работе. Поэтому экспериментальные площадки — это этап деятельности по выработке предложений. У нас есть огромный научный потенциал и в наркологии, и в юридической науке, и среди региональных антинаркотических комиссий. У нас есть губернаторы, которые являются руководителями региональных антинаркотических комиссий. Потенциал — огромнейший.

Хотя не прошло и трех лет с момента начала функционирования Государственного антинаркотического комитета, но мы уже набрал

12. ноября 2010 автор admin
Оставьте комментарий